Мавераннахр раздирался междоусобной борьбой за власть между многочисленными феодалами.

Экономический кризис в стране, истощение казны и упадок торговли заставили хана в 1708 году провести денежную реформу. Однако она была проведена небрежно и непродуманно. Были выпущены новые монеты, содержащие низкий процент серебра, которого было не более 9 процентов, в несколько раз меньше, чем в дореформенных. Был установлен принудительный курс новых монет, что вызвало денежный кризис в стране и недовольство населения.

Убайдулла-хан года за два до своей гибели заложил большой сад (Чарбаг) подле г. Бухары (к западу от него), возле ворот Талипач, среди которого построил дворец; сад был наполнен разными фруктовыми и декоративными деревьями и цветниками и обнесен высокой стеной. Он получил название Xанабад (построенный ханом); в нём Убайдулла больше всего любил проводить время.

Попытка ограничить землевладение религиозных организаций привела к столкновению хана с влиятельными джуйбарскими ходжами, которых он хотел обложить налогами. Против Убайдуллы составился заговор. В результате хан был убит в 1711 г., а его дворец подвергся разграблению.

На престол был возведен брат Убайдуллы Абулфейз-хан (1711—1747 гг.).

1711-1747 Абулфейз-хан (1687 — 1747) — восьмой хан Бухарского ханства из узбекской династии джанидов — Аштарханидов, правящий с 1711 года.

В 1711 году в результате заговора был убит аштарханид Убайдулла-хан II, а 18 марта 1711 года на престол был возведен его брат Абулфейз (1711—1747 гг.), который быстро стал игрушкой в руках эмиров. Власть сосредоточил в своих руках всесильный Джаушан-калмык. Вскоре и он был убит

В эпоху правления Абулфейз-хана политический хаос воцарившийся в стране, привел к отделению от Бухарского ханства и формированию нового государства, получившего название Кокандское ханство, на престол которого взошла узбекская династия из племени мингов.

Мухаммед-Хаким-бий из племени мангыт, возведенный Абулфейзом в звание аталыка столицы, стал властным временщиком при слабохарактерном хане. Правитель Шахрисабза, эмир племени кенегес Ибрагим-бий, желая вырвать власть из рук Мухаммед-Хаким-бия, провозгласил в 1722 году в Самарканде ханом хивинского царевича Раджаба. Сам Ибрагим-бий стал при нем «эмиром над эмирами». Раджаб-хан, к которому присоединились многие эмиры, с большим войском выступил из Самарканда и двинулся на Бухару. Однако он не смог взять Бухару, обратился за помощью к казахам, обещая кочевникам богатую добычу в завоеванных областях. Казахи в это время переживали тяжелые дни. Джунгарский хунтайджи Цэван Рабдан (1697—1726) во главе сильного войска весною 1723 года вторгся в казахские кочевья и разгромил их. В этом бедственном положении казахи охотно откликнулись на приглашение идти походом на богатые области Мавераннахра. В течение семи лет кочевники производили опустошения по всей Зарафшанской долине, не встречая никакого сопротивления. В 1730 году они покинули регион.

Абулфейз-хан пытаясь сосредоточить власть в руках, удалил из Бухары Мухаммед-Хакима, и аталык выехал в Карши. Однако этим он самостоятельности не смог добиться. Правители областей и отдельных районов держались независимо, зная, что над ними нет никакого контроля. Хан надеялся только на верность своей гвардии.

В то же время значительно окрепло кочевое государство джунгаров. Им уже были завоеваны Тибет, Моголистан и Кашгария, прилагались активные усилия для покорения Бадахшана. Ввиду того, что в Мавераннахре проживало немало джунгаров, причем многие из них занимали высшие государственные посты, особенно военные, джунгарские (калмыкские) правители хорошо были осведомлены о новых волнениях и беспорядках в государстве аштарханидов.

Пользуясь смутным временем в Мавераннахре, Цэван Рабдан в 1723 году, как пишет Кипчакхан, «назначил своего сына для завоевания юрта казахов, Ташкента, Андижана, Сайрама и прибрежных районов Сейхуна». Их предводитель направил письмо правителю Бухары Абулфайзхану и Самарканда Раджаб Мухаммадхану, в котором говорилось: «Вилайет Мавераннахр не сможет вместить наше войско, поэтому наместнику Кашгара предписано доставить нам установленный харадж, дабы ваша страна избежала бедствий. Так как наступила зима лета тысяча сто тридцать шестого (1723 г.), калмакский правитель повернул поводья возвращения в сторону основного юрта».