Короткий ролик Human Rights Watch о том, как предприятия, связанные с поселениями, способствуют угнетению арабов

Второе восстание арабов, начавшееся в 2000 году и продлившееся до 2005-го, оказалось много злее предыдущего. Война принесла не только серьёзные людские потери (исчислявшиеся в тысячах), но и нанесла огромный ущерб экономике самого Израиля. ВВП за три года военных действий снизился на 8%. В Палестине оказалось ещё хуже — там экономический спад шел гораздо быстрее, но на общем печальном фоне это никого особенно не удивило.

Основное последствие этой войны — окончательное узаконивание режима контртеррористической операции (КТО) в жизни арабского населения территорий.

Лоскутное одеяло оккупации

Израильтяне начали дробить арабские территории ещё до подписания соглашения в Осло, призванного как-то урегулировать конфликт между евреями и арабами на территориях. Почти 60% земель на западном берегу Иордана попали в ведение израильских военных и окружают все территории арабской автономии.

Карта Израиля и оккупированных территорий. Зелёный — непосредственно Израиль. Коричневый — «зона A», находящаяся под управлением автономной администрации Палестины. Жёлтый — «зона B», совместный контроль палестинской администрации и израильских вооружённых сил. Белый — «зона C», территория с неопределённым статусом, израильские войска оперируют там безо всяких ограничений. Тёмно-розовый посередине — Иерусалим, территория со спорным статусом

Что это означает? Израиль полностью контролирует экономическую жизнь арабских территорий. Передвижение товаров и рабочей силы идет под плотной опекой израильских военных, у которых здесь 500 стратегических объектов на линиях коммуникаций (блокпосты, заграждения и пр.). По сути, палестинцы проживают в анклавах, существование которых даже в случае номинальной автономии («зона A») целиком и полностью зависит от израильтян. Эффективная блокада палестинских поселений и городов ломает сопротивление арабов оккупантам и не даёт сопротивлению координировать действия. Израильтяне используют античный опыт: римляне после завоевания Македонии нарезали страну на 40 мелких регионов и похожим образом препятствовали коммуникациям покоренных друг с другом.

КТО и постоянного чрезвычайного положения уже хватает, чтобы поставить весь бизнес палестинцев на колени. Но административное деление территорий само по себе препятствует образованию полноценного внутреннего рынка и делает палестинцев зависимыми от помощи международных доноров и Израиля.

В подобном экономическом климате логичным стало появление профессиональных решателей вопросов вроде «Yurta International Trade and Projects» — «консалтинговой» компании, основанной в 1996 году и специализирующейся на оказании консультационных услуг бизнесу, решившему оперировать на территории Палестины. У истоков компании — бывшие представители гражданских властей на территориях Дэнни Ротштильд и Гади Зохар, и сотрудник разведки (на тот момент — действующий) Самуил Эттингер. Благодаря связям в среде как израильского, так и палестинского истеблишмента «Yurta International Trade and Projects» помогала компаниям выигрывать контракты на поставку продукции и строительство по обе стороны внутренней границы между Израилем и территориями.

В Зоне A палестинцы живут сами по себе, но анклавная природа этих территориальных образований делает местное население уязвимым перед угрозой со стороны Израиля. За последние 11 лет Израиль устроил 2 полноценные военные операции (с бомбёжками, убитыми и уничтожением важной инфраструктуры) в одном только Секторе Газа, чего уже достаточно для разрушения местной экономики. Более того, с 2008 года Израиль поддерживает режим экономической блокады вокруг этой территории, что привело к падению темпов роста ВВП до минимума, несвойственного для развивающихся стран (двузначные цифры роста в таких случаях ожидаются из-за эффекта низкой базы).

Портреты поселенцев

Разрушения, причиненные войной, и нарушения в работе единого палестинского рынка препятствуют росту промышленности, сектора услуг и, наконец, элементарной торговле. Происходит архаизация общества. Хотя формально только 13,4% палестинцев работают в сфере сельского хозяйства, фактически в аграрном секторе в той или иной форме заняты 90% населения. В тотальной нищете и полной неопределённости только земледелие даёт хоть какую-то возможность прокормиться.

Чтобы получить разрешение на работу в Израиле (да и на передвижение по стране тоже), палестинцам, как упоминалось, нужен особый документ. Процесс выдачи таких «аусвайсов» максимально затруднён из соображений безопасности, и потому сейчас в Израиле или еврейских поселениях (для работы в которых, да, тоже нужно разрешение) трудятся всего около 100 тысяч палестинцев (во всяком случае, не сильно меньше), из которых треть — нелегалы.

Из-за затруднений в получении рабочей визы (многие арабы попали в израильские чёрные списки и визу не получат никогда) палестинцы обращаются к посредникам, которые для оплаты услуг требуют часть трудового дохода. Размер разовой выплаты — в диапазоне от 20% до 40% зарплаты. Чёрный список составляется израильтянами не просто для отсева и мониторинга потенциальных террористов, но и чтобы избавить свои спецслужбы от работы. Люди сами — всё сами — должны доказать свою благонадежность. Палестинскому арабу приходится собирать вагон и маленькую тележку доказательств, доказывая, что «податель сего» не замешан в актах агрессии против Израиля. Справедливости ради — после проверки полученных данных израильтяне действительно убирают невиновных из чёрного списка.

Закон суров не только на бумаге. Нелегальное пересечение границы с Израилем чревато смертью. В марте 2014-го израильтяне застрелили на границе 14-летнего палестинского подростка. «Не шутите с Зоханом», что тут ещё можно сказать.