Заключительное изгнание дьявола

Садилось солнце. С удвоенным рвени­ем я снова начал выкрикивать заклятия, которые эхом разносились под сво­дами склепа:

«Подвинься, коварное создание, носитель зла и лжи, враг доброде­тели, гонитель невинных! Освободи место, грешное творение! Освободи место, злой дух! Освободи место Христу!»

Глухой рокот поднялся над гроба­ми, сотрясаемыми мощными толчка­ми. В панике Луиза выпустила из рук Библию. Один из моих друзей удержал ее, когда она попыталась выйти из круга. Мрак сгустился вокруг нас. Я поднял большое распятие, которое сжимал в правой руке и выкрикнул:

«Уходи прочь, гнусный демон! Возвращайся к своим и нико­гда больше не приходи мучить детей Всемогущего Господа!»

При этих словах я изо всех сил швырнул распятие в темноту склепа. Ответом мне была тишина. Мы дол­го стояли окруженные этой мраморной тиши­ной, не смея шевельнуть­ся. Наконец, я объявил, что все закончено и мы можем уходить. Подни­мая выроненную Луизой Библию, я заметил, что она была открыта на Второзаконии. Взгляд мой скользнул по словам: «Только строго соблюдай, чтобы не есть крови, потому что кровь есть душа» (глава XII, XXII).

По нашему совету, вход в склеп замуровали кирпичами и цементом.

Вампиры из литературы в кино

Во всем мире о вампирах были сняты, на основе известных литературных произведений, несколько сотен фильмов, разных по качеству.

Передают ли фильмы суть произведений, послуживших для них литературной основой?

Фантастика прежде всего принадлежит области внушаемого, недосказанного и неопределенного, что дает читателю полную свободу интерпретации текста Кино - это визуальное искусство, кото­рое сразу навязывает зрителю изобра­жение и оставляет меньше возможно­стей для интерпретации. Возникает вопрос, действительно ли существует фантастическое кино? Другими сло­вами, можно ли перенести фантасти­ческий текст на экран, не изме­нив его дух?

Часто ссылка на литературную основу является лишь формальностью Заглавные титры фильмов Вампир, или странное приключение Давида Грея Дрежря, Дочь Дракулы Гильера и Маска демона Бавы не имеют ничего общего с Кармиллой, Гостьей Дракулы и Вием, по мотивам которых они якобы сняты. Кинорежиссеры со странной вольностью обращаются с персонажа­ми и сюжетами произведений, которые их вдохновили. Кармилла Ле Фаню описана как жгучая брюнетка, а в кино се постоянно играют блондинки. За исключением Ночей Дракулы Хесу, Франко Дракула редко предстает в том виде, в каком он появляется в романе: суровый старик, с густой шевелюрой и длинными белыми усами. Макс Шрек и Клаус Кински, в версиях Носферату - лысые, с выбритыми лицами, с чрезмерно удлиненными ушами и клыками, чего нет в тексте. У Белы Лугоши - черные прилизанные волосы, у Кристофера Ли (самый близкий к оригиналу) - огромные клыки, а Фрэнк Ланджелла - совсем не страшный очаровательный моло­дой человек.

Сам сюжет произведений, неизвест­но зачем, зачастую меняется. Роли переиначивают: Ренфилд заменяет Харкера к Дракуле Тода Браунинга, а в обоих Носферату он является нанимателем Харкера. В Невестах Дракулы Фишера и в Носферату, призрак ночи Херцога последний сам становится вампиром. Такие вольности в обращении с текстом приводят к изменению и основного смысла произведения.

В отличие от романа Стокера. Носферату, призрак ночи заканчивает­ся победой вампиризма, поскольку ставший вампиром Харкер последует примеру графа и будет сеять смерть вокруг себя.

Напротив, в Хищнике Тони Скотта вампиршу Мириам побеждают ее жерт­вы, а в романе Штрибера, по которому поставлен фильм, она остается непобедимой.

Невзирая на эти издержки, нужно сказать, что среди фильмов о вампирах есть настоящие шедевры. Замечатель­ные образы, созданные Мурнау в Носферату. Симфония ужаса, необычное кадрирование и атмосфера сновидения в Вампире, или странном приключении Давида Грея Дрейера, а также готические и паутинообразные декорации к Дракуле Тода Браунинга заставляют забывать об отклонениях от литературных эталонов.

Чем меньше в фильме недосказан­ности, тем больше он обедняет произ­ведение, по которому снят, особенно если речь идет о фантастическом кино. И наоборот, фильм может обогатить текст, придав ему новые эстетичес­кие аспекты.